* * *
на скрижалях жертвенных жилищ.
Пристально, незряче и безлико
смотрит полночь.
Время истекло.
Контур свой очертит базилика
даже через тусклое стекло.
Обещают больше не присниться
те, к которым медленно приду.
Отраженье множится, дробится
и стихает бликами в пруду,
хрупким светом невесомых лодок,
рябью складок замутнённых вод.
Оттого поспешен и недолог
разноцветный воздуховорот.
И на дно сознания осели
камни всплесков.
Дальше – тишина.
Беспричинна пауза в беседе,
но зачем-то, видимо, нужна.
Ранним утром запотеют окна.
Крепкой нитью смётывая сны,
еле различимые волокна
штрихпунктиром соединены.
Снегом вдруг присыпана в апреле,
яблоня себе готовит май.
Склёвывают жадно свиристели
прошлогодний мелкий урожай.
Выпрямится вогнутая ветка
выстуженным полднем,
и вспорхнёт
птичья стайка, складываясь в вектор,
острой кромкой раня горизонт.
Всё уже отчётливо нездешне.
И, ногой нащупав стремена,
тишина в немеркнущей надежде
неизбежно в ночь устремлена.
* * *
вот предположим драма в трёх лицах или
если угодно в двух действиях то есть без
конца и начала к этому все привыкли
так что и мы не нарушим традицию ес
ли предисловья отбросим итак на кухне
главный антигерой попивает чай
вместе с хозяйкой что нынче совсем не в духе
и на часы поглядывает невзначай
так с неизбежностью разделения яня-иня
на сцену выходит главная героиня
шесть пополудни стрелки друг с другом в ссоре
главный герой появится вскоре вскоре
главный герой появляется только позже
говор негромкий шорохи шум шагов
и командор вырастает из тьмы прихожей
к этой нежданной встрече почти готов
долгое рукопожатие взгляд молчанье
из-за окна доносится детский крик
здравствуй ну здравствуй милая сделай чаю
ты всё такой же а ты постарел старик
каждый из них задумчив растерян мрачен
их разговор серьёзен почти смешон
всё бы могло случиться совсем иначе
трое за чаем поезд давно ушёл
то что потом неважно совсем неважно
прошлое дело пошлая дребедень
смена ролей смешение чистых жанров
так начинает кончаться июльский день
главный герой выходит в палящий город
машет рукой останавливает такси
в этот момент жизнь подступает к горлу
и человек захлёбывается от тоски
* * *
бродить и бредить наяву
творя не ведая но зная
на роковое рандеву
куда с тобой мы jedem seine
пока ещё огни горят
покуда песенка не спета
что двадцать с лишним лет подряд
я был дитя добра и света
пока не требует поэта
к священной жертве аполлон
пока я дум великих полн
пока я понимаю это –
звезда невидимая днём
с периодом полураспада
не потому что от неё
а потому что с ней не надо
и два осколка звездопада
всегда вдвоём
итак мы едем
решено
возьми ключи
закрой окно
задёрни шторы
скоро вечер
вернёшься вскоре всё равно
к тому же помнишь
время лечит
пройдись рукой по волосам
запомни это напоследок
как недостаточен и редок
минувший миг
я знаю сам
и не забудь который час
так мало было их у нас
а вскоре не осталось вовсе
и остаётся только осень
на улицах и площадях
и ветер выплеснет в лицо
свои обиды наконец-то
и ты себе находишь место
и тем среди которых тесно –
ты начинаешь им прощать
и запуск в небо ананаса
и посерьёзнее дела
не потому что жизнь прекрасна
а потому что жизнь прошла
и осторожно
между строк
наискосок
и всё смелее
тихонько выйдя
снег пойдёт
и незаметно смерть пройдёт
но я об этом не умею
* * *
Почему-то я совсем не помню:
говорят, когда мне было пять, –
словно было с кем-то не со мною, –
я любил девчонок целовать.
Как представить маленькое тело с
самым первым проблеском души?
Помню только – сильно мне хотелось
тоже вдруг однажды стать большим…
Грязно-жёлтый фон пятиэтажки,
но от солнца ярко во дворе,
и в песке под стёклышком бумажки
в смутно понимаемой игре.
И пока светло на белом свете,
и пока ещё бессмертны все,
едет мальчик на велосипеде,
и мелькают спицы в колесе…
А потом мне было семь и девять…
Восемнадцать, двадцать, двадцать два…
Потому что если очень верить,
то мечта сбывается всегда.
* * *
Возвращенье подарка.
Спокойно и так светло.
Тишины равновесие, хрупкое, как стекло.
Немного неловко,
но это должно пройти.
Божья коровка –
к лету лети, лети!
Слабость улыбки.
Лёгкие облака.
Голубая прозрачность призрачно глубока.
Ты не собьёшься со своего пути.
Божья коровка –
к небу лети, лети…